"Спокойной жизни у нас нет и, я думаю, скоро не будет..."

«ИПС», 24.03.2005г.

@ Знакомство на газетной полосе НАЧАЛЬНИК ДНЕПРОДЗЕРЖИНСКОГО ГОРОДСКОГО ОТДЕЛА УПРАВЛЕНИЯ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ УКРАИНЫ ПО ДНЕПРОПЕТРОВСКОЙ ОБЛАСТИ полковник Владимир Брагин: „СПОКОЙНОЙ ЖИЗНИ У НАС НЕТ И, Я ДУМАЮ, СКОРО НЕ БУДЕТ…"

Знакомьтесь: Владимир Алексеевич Брагин. Ему 43 года, вырос в семье кадрового военнослужащего. В свое время окончил металлургический институт, получил специальность инженера механика. Имеет немалый опыт — как производственный, так и службы в Вооруженных Силах.

С 1977 года — офицер КГБ. В 39 лет получил воинское звание — полковник. «Чернобылец» - в 1986 году стал одним из первых участников ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, возглавил группу оперативных работников, в задачу которых входили контрразведывательное обеспечение военно-строительных частей на всей территории, входящей в зону АЭС, пресечение мародерства, розыск и задержание преступников.

В декабре 1991 года возглавил Днепродзержинский Гор-отдел СБУ.

Те, которым сейчас по 17—48 лет, возможно, меня просто не поймут. Но мы, люди среднего поколения, не говоря уже о стершем, хорошо помним, когда лишь при одном упоминании о КГБ какой-то холодок пробегал по спине даже у самых что ни есть безвинных, имеющих, так сказать, в своей родословной, вплоть до прабабушек, одну лишь пролетарско-крестьянскую кровь. С этой службой, традиционно окруженной ореолом таинственности, работа которой оставалась всегда за семью замками для простых смертных, старались не иметь никаких дел. Понятно почему: всемогущий Комитет госбезопасности был главным орудием партийно-бюрократической верхушки в борьбе с любыми проявлениями инакомыслия в стране.

С образованием независимой Украины грозный КГБ, деятельность которого распространялась “от Москвы до самых до окраин”, был, естественно, ликвидирован. Взамен, как известно, ровно три года назад, в марте 1992-го была образована Служба безопасности Украины. Как и несколько изменились ее функции с развалом СССР — с этого вопроса и началась моя беседа с полковником БРАГИНЫМ.

— Основные цели и задачи спецслужб любого государства в принципе идентичны. — сказал он, — и СБУ в этом смысле не является исключением. Это — разведка, контрразведка, защита конституционного строя. Кроме них нам, работникам СБУ, приходиться решать задачи по борьбе с организованной преступностью, а также по защите нашей экономики. Вот, пожалуй, и все.

— Есть ли, на Ваш взгляд, у нас в государстве мафия?

— Мы обычно не пользуемся подобным термином, так как нет до сих пор четкого определения — что же такое мафия? Если что-то подобное сицилийской — то я очень сомневаюсь. Во всяком случае мы такими сведениями не располагаем. Да. преступные кланы у нас в стране есть. Да, есть и коррупция в государственном аппарате, и тому яркий пример хотя бы дело В. Боженара, советника Председателя Верховного Совета Украины. Есть просто преступные группы, действующие каждая сама по себе. Лично я бы не стал объединять все это одним словом — мафия. Вообще-то борьба с преступностью — это задача органов внутренних дел. Спецслужбы начали подключать лишь с конца 80-х — в начале 90-х годов в связи с резким ростом преступности. Если помните, одно из первых нашумевших дел, в котором приняли участие наши областные спецслужбы, это разработка так называемого «дела Матроса», а проще — ликвидация крупной преступной группировки в Днепропетровске.

— Скажите, насколько иностранные спецслужбы заинтересованы экономикой нашего города?

— Весьма заинтересованы.

Это не секрет: Днепродзержинский регион располагает технологиями, которые привлекают внимание иностранных спецслужб — как профессионалов, так и тех, кто работает на них, в Т. Ч. из числа иностранных специалистов. Прежде всего, это такие производственные объединения, как «Азот» и «ПХЗ». Только за последнее время там было пресечено несколько попыток сбора закрытой информации, а также фотографирования секретного оборудования.

— Сегодня многие предприятия, фирмы имеют деловые контакты с иностранными партнерами. Все это тоже входит в зону внимания Вашей службы!

— Безусловно. И в этом плане хотел бы предостеречь тех руководителей, бизнесменов, которые не имеют достаточного опыта в заключении таких сделок: очень внимательно относитесь к подобным контрактам. «Иностранная фирма» вполне может оказаться фиктивной, а ее «представитель» может попросту надуть вас. Подобных примеров даже по нашему городу я мог бы привести немало.

— Взаимодействуете ли Вы в своей работе с другими правоохранительными органами!

— У нас сложились тесные контакты с органами внутренних дел и мы стараемся помогать им в раскрытии наиболее сложных, особенно так называемых «резонансных» преступлений. Так, три года назад мы участвовали в поиске и задержании преступников, совершивших в Баглейском районе (причем, я бы сказал, весьма профессионально) серию взрывов. Осенью 1993 года мы совместно с уголовным розыском участвовали в блокировании, а затем задержании преступной группы рэкетиров из Киева в ресторане «Олимпия». Летом следующего года

— в обезвреживании преступной группировки (опять же в Баглейском районе), похитившей одного коммерсанта с целью вымогательства денег в качестве выкупа. Дело было не из легких, у задержанных было изъято семь единиц огнестрельного оружия. То, о чем я рассказал

— это только наиболее яркие примеры, ну а «что-то», как правило, случается почти каждый день. Так что нам скучать некогда. Спокойной жизни нет, и, я думаю, скоро не будет.

— Владимир Алексеевич, Вы уже не раз в нашей беседе упоминали коммерческие структуры. Насколько СБУ гарантирует безопасность местного частного бизнеса?

— Всегда при необходимости окажем помощь. Мы в своей работе не разделяем форм собственности — государственная или частная. Лишь бы только эта собственность была законной.

— Что-то мы все о преступниках. Давайте поговорим непосредственно о Службе безопасности. КГБ, как известно, боялись, а Вас!

— У нас нет такой цели, и никогда не будет, я уверен, СБУ—полностью деполитизированная и деидеологизированная организация. Служим мы не какой-то партии, в народу Украины. И подчиняемся, прежде всего, закону, в частности, Закону «О Службе безопасности Украины».

— Одна из главных задач СБУ — защита конституционного строя. Предполагает ли оно преследование (пусть не явное, а тайное) за какое-либо инакомыслие!

— Нет, никакого преследования за инакомыслие сейчас в Украине нет —любой гражданин может придерживаться любых политических взглядов. Но, защищая строй, законность, безопасность граждан, мы, естественно, не может не обращать внимание на действия тех организаций — партий, группировок — которые пропагандируют не политические, а насильственные методы борьбы, призывают к вооруженному захвату власти, организовывают группы боевиков и т. д. К сожалению, и в нашем городе отдельные молодые люди пытаются создать незаконные военизированные формирования, как, например, «Варта ДСУ», «Тризуб им. Степана Бандеры». Прикрываясь добрыми намерениями, они на самом деле разжигают межнациональную рознь, выступают с откровенно шовинистическими лозунгами.

— Думаю, читателей «ИПС» заинтересует и такой вопрос: скажем, то же прослушивание, «опека» туристических групп, выезжающих за границу, другие методы тайного надзора — насколько это сегодня характерно для работы СБУ!

— Что касается туристических групп, то и раньше, при КГБ, далеко не все они попадали в зону внимания спецслужб. Ныне, насколько мне известно, этого вообще нет. Прослушиваются ли телефоны? Да, если это необходимо. У нас это называется получением информации с каналов связи с помощью спецсредств. Подобные методы входят в практику работы органов госбезопасности. Подчеркну, все это осуществляется на основании Закона «Об оперативно-служебной деятельности» и только с разрешения прокурора. Так что никакой самодеятельности тут нет и быть не может.

— В канун профессионального праздника работников СБУ хотелось бы услышать несколько слов о коллективе Днепродзержинского отдела.

— Он небольшой, но более чем на 70 процентов состоит из опытных профессионалов, в основном старших офицеров. Есть среди моих товарищей по работе и те, кто прошел Афганистан. Чернобыль, кто охранял границу Украины во время конфликта в Приднестровье. Практически каждый из моих коллег лично участвовал в задержании опасных преступников, а значит не раз рисковал жизнью. Словом, я счастлив, что работаю с такими людьми, которым по плечу решение любых задач.